Троицкая церковь в Пятине

Троицкая Церковь в Пятине, 1823-1832 гг.

Автор историко-архитектурной справки: А.Н. Яковлев, Государственный институт искусствознания

Шедевр позднего классицизма, церковь в Пятине является одним из самых монументальных и величественных храмов русской провинции и отличается прекрасными пропорциями и тонкой деталировкой, выдающей руку первоклассного петербургского мастера. Автором проекта предположительно был М. П. Коринфский, взявший за основу чертёж Ф. И. Демерцова для Знаменской церкви в Петербурге. При этом оба храма вписываются в более широкую линию пятикупольных храмов классицизма, подражающих Софийскому собору в Царском селе. Особенно прекрасно местоположение храма в Пятине, доминирующего в пустынном степном пейзаже.

Долгое время Троицкий храм стоял заброшенный и постепенно разрушался. В конце 2010-х гг. был организован приход, и начались восстановительные работы, что вроде следовало бы приветствовать. Однако, к большому сожалению, начавшийся в 2020х гг. непрофессиональный вандальный ремонт не только не спас памятник от технических проблем и возможного обрушения, но и изуродовал сохранившиеся подлинные части. Несущие элементы стен и колонн в интерьере, а также своды находятся в опасном аварийном состоянии. Деревянные элементы убранства интерьера (в частности ложный ажурный свод алтаря и фрагменты декоративной колоннады) грозят обвалиться без должного укрепления. В результате поспешных ремонтных работ по вычинке кирпичной кладки были искажены пропорции и профилировка фронтонов и карнизов. Грубейшим образом изменён подлинный облик центрального купола, заменённого уродливым новоделом с нехарактерной для классицизма луковичной главой, что резко диссонирует с гармоничным обликом храма. Требуется срочное профессиональное вмешательство в процесс искажения исторического облика памятника, который может полностью и необратимо утратить подлинные черты!

Церковь Троицы в селе Пятино была построена в 1823–1832 гг. на средства богатейшей помещицы Анны Ивановны Анненковой (урождённой Якоби) в память об умершем муже статском советнике Александре Никаноровиче и во искупление грехов сына – известного декабриста Ивана Александровича Анненкова. Храм имел три престола: главный – Троицкий, в южном приделе – во имя Симеона и Анны; в северном – Екатерины. Помимо этого, в селе была кладбищенская деревянная церковь Дмитрия Мироточивого.

По предположению краеведов автором проекта мог быть Михаил Коринфский, работавший над постройкой главного кафедрального Троицкого собора Симбирска. Однако облик храма в Пятине гораздо ближе к другому проекту, составленному для того же собора Симбирским губернским архитектором М. М. Рушко, но не реализованному.

Нами было установлено, что за основу храма в Пятине был взят план, являющийся вариантом проекта церкви Знамения на Невском проспекте в Петербурге (1794–1804, Ф. И. Демерцов, снесена в советское время). Проектный чертёж сохранился в собрании Музея Академии Художеств в Петербурге. Он несколько отличается в деталях от Знаменской церкви в Петербурге и от храма в Пятине, но совпадает в общей композиции. Главным отличием от петербургского прототипа стало то, что пятинский храм сделан компактнее, он получил более стройные и гармоничные пропорции объёма.

Закрытый в советское время храм в Пятине разграбили внутри и приспособили для сельскохозяйственных нужд. Благодаря прочности конструкции и сохранной кровле он простоял в целости до начала XXI в., когда кровлю растащили на металл, и своды начали разрушаться из-за осадков. В 2015 г. начались волонтёрские восстановительные работы, а в 2016 г. у юго-восточного угла церкви соорудили временный храм Серафима Саровского над могилой местночтимого святого старца Максима. Новодельный объём с шатровой кровлей никак не соотносится с архитектурой Троицкого храма и грубо диссонирует с его обликом.

Троицкая церковь имеет ярко-выраженную центрическую композицию, проникнутую гармонией и целостностью. Пятикупольный квадратный в плане объём усложнён крестообразно выступающими по сторонам света симметричными ризалитами с портиками-лоджиями большого римско-дорического ордера под треугольными фронтонами. В западном, северном и южном ризалитах устроены входы с глубокими двухколонными лоджиями. Глухие выступы по сторонам лоджий оформлены парами пилястр, огибающих углы. Между пилястрами находятся арочные ниши для скульптур, над которыми расположены промежуточные карнизы и квадратные филёнки. Венчающий трёхчастный антаблемент состоит из двойного архитрава, гладкого фриза и тонко профилированного карниза на часто поставленных мутулах. (Угловые части карнизов сильно повреждены). Восточный алтарный ризалит не имеет лоджии. Он украшен шестью пилястрами и освещён парой прямоугольных окон в промежуточных интерколумниях. Все фронтоны, кроме западного, прорезаны лучковыми арками окон, освещавших хоры и алтарь.

На угловых участках фасадов расположены крупные прямоугольные окна, вписанные в плоские арочные ниши, в верхней части которых сделаны дополнительные нишки-люнеты. Стены украшены французским рустом и разделены промежуточным карнизом в уровне импоста арочных ниш. Внутри лоджий помимо крупных простых высоких прямоугольных входных порталов, с боков устроены малые входы в лестничные камеры, расположенные в глухих выступах. В северной и южной лоджиях над промежуточным карнизом расположены прямоугольные окна верхнего света.

Венчающие объём купольные барабаны образуют пирамидальную композицию. Центральный световой барабан украшен 12ю ионическими полуколоннами, несущими трёхчастный антаблемент с двойным архитравом, гладким фризом и профилированным карнизом на прямоугольных модульонах. Между колоннами расположены 12 арочных окон с профилированными архивольтами на импостах. Купол, до его замены новоделом, сохранял подлинные деревянные журавцы, формировавшие слегка повышенный полусферический силуэт благородных очертаний. Купол имел в основании гладкий фриз или аттиковую стенку и завершался глухим фигурным квадратным фонариком с диагонально расположенными на углах волютами, ложными арочными окнами и гуськовой кровлей, венчавшейся шаром яблока с крестом. Силуэт завершения, характерный для барокко и классицизма, отдалённо напоминал фонарь купола Казанского собора в Петербурге. Нынешняя луковичная глава не имеет ничего общего с классицистической архитектурой храма и грубо диссонирует с его обликом, а новодельный купол с кустарно исполненным двойным уступом полностью скрыл под собой частично повреждённый карниз и смотрится как уродливый протез на теле храма.

Угловые барабаны меньших размеров и оформлены скромнее. Их гладкие стены прорезаны восемью арочными проёмами с профилированными архивольтами, опирающимися на импосты, сливающиеся в единую промежуточную полку. В основании проёмов проходит ещё один промежуточный карниз, отделяющий нижнюю часть барабанов. Над венчающим профилированным карнизом сделан небольшой гладкий фриз (аттиковая стенка), выше которого возвышается полусферический купол, завершённый вогнутым конусом, увенчанным яблоком с крестом (сохранились лишь на восточных куполах). Восточная пара барабанов освещает придельные алтари. В северо-западном барабане была звонница. Юго-западный – был декоративным.

Интерьер храма удивителен по красоте и построен на иллюзорных архитектурных эффектах. Пространство поделено ионическими колоннадами на три нефа. Средний неф крупнее боковых, он имеет вытянутую овальную форму и состоит из подкупольного квадрата и двух экседр на торцах, напоминая о священном прообразе Софии Константинопольской, на который ориентировался и Демерцов в своём проекте Знаменской церкви в Петербурге. Купол на парусах опирается на четыре квадратных пилона со срезанными внутренними углами. Пилоны, между которыми переброшены четыре подпружные арки, украшенные квадратными кессонами с розетками, оформлены парными ионическими пилястрами, несущими раскрепованный антаблемент, опоясывающий всё пространство среднего нефа.

Восточная алтарная экседра с четырьмя свободно стоящими ионическими колоннами служила основой иконостасу, изогнутому по дуге. Колонны несут трёхчастный антаблемент с двойным архитравом, украшенным киматием, гладким фризом и карнизом на прямоугольных модульонах с поясом ионика под ними. Экседра перекрыта декоративной деревянной конхой или «сенью» тончайшей резной работы с ажурными фигурными кессонами восьмигранной и ромбической формы, украшенными резными розетками (большинство утрачено) и иоником. Резьба сохранила остатки позолоты на голубом фоне. В скуфье конхи было изображение Св. Духа в виде голубя в треугольнике, окружённом позолоченными резными облачками. (В 2016 г. средняя часть антаблемента и конхи обрушилась, образ Св. Духа был утрачен). Прямоугольное алтарное пространство перекрыто полуциркульным сводом с распалубками. Противоположная западная экседра глухая и выполнена из кирпича. Четыре ионических полуколонны, приставленные к дугообразной стене, несут трёхчастный антаблемент, завершающийся кирпичной конхой, украшенной живописью (почти полностью утрачена).

Из двух продольных колоннад сохранилась лишь северная, состоящая из двух колонн, несущих трёхчастный антаблемент. На северной и южной стенах храма колоннам соответствуют пилястры. Колоннады несли на себе деревянные хоры, куда попадали по лестницам, устроенным в выступах наружных лоджий-портиков. Рукава креста, в которых располагались хоры, перекрыты полуциркульными сводами (частично разрушены) и соединены широкими арками с угловыми компартиментами, которые перекрыты купольными сводами.

В основании центрального светового барабана выступает мощный карниз на кронштейнах, декорированных завитками аканфа, и с квадратными кессонами, украшенными розетками. Между кронштейнами сохранились несколько лепных херувимов.

На стенах фрагментарно сохранились поздние клеевые росписи в академической манере с элементами русского стиля. В куполе видны остатки росписи «Господь Саваоф» по иконографии росписи купола Храма Христа Спасителя в Москве. В парусах расположены изображения евангелистов. Особенно курьёзна роспись северного придела, где на пилястрах помещены ростовые фигуры святых, что явно нарушает ордерный строй интерьера, но напоминает древнерусскую традицию изображения святых на столбах.