Воскресенский храм в Неронове

Воскресенская церковь – часть архитектурного ансамбля старинной усадьбы Нероново, на протяжении всей своей истории принадлежавшей одному и тому же дворянскому роду Черевиных. Черевины владели усадьбой с 1697 по 1917 годы; этот мало известный за пределами костромского края род возвысился и разбогател во времена Екатерины Великой, благодаря родству со знаменитыми братьями Орловыми. И в начале 1780-х гг. Черевины смогли начать строительство в своей усадьбе каменного барского дома и храма, сохранившихся до нашего времени. Черевины состояли в родстве с Шиповыми, Кошелевыми, Лермонтовыми (предками поэта), Ярославовыми, Раевскими, Катениными. В летопись отечественной культуры они вошли не только благодаря постройкам Неронова, но – в первую очередь – благодаря уникальной портретной галерее, также происходящей из усадьбы. Портреты владельцев Неронова и их родственников, открытые, отреставрированные и прославленные в 1970-е годы легендарным Савелием Ямщиковым, неоднократно экспонировались на выставках в Москве, о них написаны художественные монографии. Созданные в Неронове в конце XVIII века талантливым художником Григорием Островским, они стали визуальным воплощением и своеобразным символом русской провинциальной дворянской культуры екатерининского века. В настоящее время основная часть портретной коллекции из Неронова находится в музее Солигалича. Благодаря этим портретам, мы имеем редкую возможность «встретиться» с создателями архитектурного ансамбля в Неронове, в том числе и Воскресенской церкви. Представители нескольких поколений этой семьи похоронены в храме и рядом с ним, на небольшом погосте. В конце XVIII – XIX веке Черевины сохраняли высокий статус рода, многие представители которого достигли высокого положения в служебной иерархии Российской империи. Например, Дмитрий Петрович Черевин (1768–1818) служил флигель-адьютантом императора Павла I; Александр Дмитриевич Черевин (1801–1849) имел чин генерал-майора, а его сын генерал-лейтенант Петр Александрович Черевин (1837–1896) возглавлял личную охрану Александра III, был одним из близких друзей императора. До 1780-х годов все постройки усадьбы в Неронове, в том числе и храм, были деревянными. Каменное строительство начал здесь Петр Иванович Черевин (1733–1813), уездный предводитель дворянства. Можно смело предполагать, что созданием представительного усадебного ансамбля он хотел закрепить новый социальный статус семейства. Одновременно с главным домом в стиле раннего классицизма с начала 1780-х гг. строился и Воскресенский храм, освященный в 1793 году. Убранство его фасадов и интерьеров, по замыслу владельца усадьбы, должно было иметь нарочито столичный характер и стиль. Перед началом строительства в течение нескольких лет П.И. Черевин отправлял способных к «художествам» крепостных крестьян в Санкт-Петербург и Москву. Там они обучались различным искусствам и ремеслам, осваивали навыки каменщиков, лепщиков, штукатуров, маляров и даже иконописцев. Несомненно, именно эти мастера возводили барский дом и храм, стараясь соответствовать новомодным столичным вкусам. Архитектор Воскресенской церкви не известен, несмотря на высокую сохранность усадебного архива XVIII–XIX вв. Строительство храма началось около 1780 г. и в основном завершилось в 1793 г. освящением главного престола. На рубеже XVIII–XIX вв. в нескольких метрах к западу от церкви была возведена отдельно стоящая колокольня; в начале XIX столетия ее объединили с трапезной небольшой папертью. Оформление интерьера, видимо, закончилось в 1807 г. укладкой в храме чугунных полов. В первой половине XIX века по сторонам храма было возведено два кирпичных крыльца. Во второй половине позапрошлого столетия в трапезной, где располагались два придела (первоначально — Благовещения и Дмитрия Ростовского, позже переосвященные во имя Николая Чудотворца и Климента папы Римского), были установлены существующие ныне иконостасы. Справочное издание 1911 года приводит о храме такие сведения: «церковь с. Неронова каменная, с такою же при ней колокольней и оградой, построена в 1793 г. усердием г. Петра Ивановича Черевина. Кладбище в полуверсте от церкви, вне селения, огорожено и окопано рвом. При кладбище особая церковь, деревянная, на каменном фундаменте, без колокольни, построена на средства генерала Петра Александровича Черевина и прихожан, старанием священника Иоанна Кандорского 18 августа 1891 г. с местным причтом. Престолов в каменной церкви три: главный – в честь Воскресения Господня, придельные – в честь Благовещения Божией Матери и во имя Димитрия Ростовского. В кладбищенской церкви – во имя св. благоверного князя Александра Невского. Общий капитал церкви: 759 руб., специальный с назначением на колокол 215 руб. 91 коп. Причт: священник и псаломщик, средства содержания: казенное жалование священнику 294 руб., псаломщику 98 руб.; проценты с капитала в 2184 руб., доход от богослужений и треб священника 375 руб., псаломщика 125 руб. Помещение для священника церковное, псаломщик помещается в доме своей матери, квартирных не получает. Церковной земли лесной 5 десятин, луговой 4 десятины, пахотной 19 десятин, неудобной 4 десятины. Планы на землю и межевые книги есть. Прихожан муж. пола 482, жен. пола 565, приход сельскохозяйственный, с отхожими промыслами. Приходских селений 22, дальнее в 11 верстах. Школа одна – 2-классная министерская». Воскресенская церковь в Неронове была поставлена под госохрану как памятник архитектуры решением Костромского облисполкома в январе 1968 года.

Несмотря на обучение нероновских мастеров столичным приемам, их творение все же «выдает» традиционные истоки своей архитектуры. Воскресенская церковь – четверик, увенчанный пятиглавием, правда, с крутым барочным куполом и раннеклассическим убранством фасадов, восходящим к французским образцам. Стилизованные пилястры ионического ордера по углам, рустовка, плоские филенки, ниши – все это создает редкий для провинции архитектурный образ. Воскресенская церковь – двусветный пятиглавый купольный храм с пятигранной апсидой, теплой трапезной и трехярусной колокольней, построенный опять-таки по традиционной схеме «кораблем», когда компоненты комплекса выстроены вдоль продольной оси симметрии. Четверик храма перекрыт сомкнутым сводом с отверстием светового барабана; боковые главы – глухие. Северный и южный входы имеют крыльца с навесом, который поддерживают тосканские колонны. Трапезная и алтарь перекрыты коробовыми сводами с распалубками. Фасады храма расчленены горизонтальными карнизами, а также – на три прясла – нишами, в которых помещены окна. Они имеют характер-ные для провинциального русского барокко наличники с «ушами». Часть трапезной, примыкающая к колокольне, – поздняя, с иным характером декора. Специалисты считают Воскресенскую церковь выразительным приме-ром усадебного храма, отражающим «своеобразие переходной от ба-рокко к классицизму эпохи». И в самом деле, в архитектуре храма заметны черты предшествующей эпохи. Массивный двусветный четверик завершен полусферическим куполом с широко расставленным пятиглавием. Более того, по мнению экспертов, присутствуют и элементы, свойственные добарочной эпохе, что создает стилистическое многообразие, впрочем, внешне вполне гармоничное. «Завершение стен четверика широким аттиком, обработанным круглыми нишками, является архаичным приемом, восходящим к традиционным для предшествующего столетия поясам декоративных кокошников, а массивные покрытые рустом цилиндрические барабаны венчающего его пятиглавия более характерны для построек классицизма. Барочную стилистику здания определяют широкие многообломные карнизы, проходящие по верху стен храма, апсиды и трапезной, оформление углов каннелированными пилястрами и обработка фасадов высокими прямоугольными нишами, в которых помещены оконные проемы... Высокие, с лучковыми перемычками окна обрамлены развитыми наличниками, украшенными замковыми камнями, ушами, каплями, квадратными подоконными досками и завершенными в первом свете П-образными сандриками. Четкой, пропорционально соразмеренной и композиционно оправданной структуре фасадного декора несколько противоречит измельченная дробность, видимо, более поздних штукатурных каннелюр на угловых пилястрах с ионическими капителями», – отмечают авторы «Свода памятников» по Костромской области. С востока к храму примыкает апсида, которая несколько уже храма, а квадратная в плане трапезная, примыкающая с запада, по ширине равна ему. Стены церкви снаружи покрыты известкой обмазкой и выкрашены охрой. Детали декора побелены. Оформление фасадов трапезной почти повторяет декор храмового объема. Высокая четырехъярусная колокольня – произведение уже более зрелого классицизма. Динамично уменьшающиеся по объему кверху четверики ее трех нижних ярусов, с колоннами тосканского ордера, несут верхний ярус, со скошенными углами, завершенный трибуном с высоким шпилем. Ярусы колокольни прорезаны большими арочными проемами, тосканские портики в нижних этажах несут массивные, сильно раскрепованные антаблементы. Фасады верхнего яруса декорированы пилястровыми портиками.

Памятник выделяется хорошей сохранностью оригинальной первоначальной отделки интерьера. Апсида сообщается с храмом тройным арочным проходом; она перекрыта граненым сомкнутым сводом. Трапезная связана с храмовым помещением дверным проемом с лучковой перемычкой. В основании перекрытия храма проходит развитый многообломный карниз, дополненный поясами модульонов и сухариков. Особенностью интерьера Воскресенской церкви было то, что вместо традиционных росписей на стенах четверика храма в небольших прямоугольных нишах были помещены тринадцать икон с изображениями парных фигур праотцев, написанных на холстах. Сейчас в простенках между окнами первого и второго света четверика сохранилось только четыре. Подобные же иконы на холстах, заключенные в фигурные медальоны, располагались на стенах апсиды. Исследователь А. Чекмарев отмечает, что иконы храма отличались высоким художественным качеством. При этом «стены и свод храма были расписаны позднее и очень деликатно, редкими рамочными вставками на светлом фоне, видимо, чтобы не нарушать главенства иконостаса». Каждый из владельцев усадьбы вкладывал в храм какую-то свою почитаемую икону. Огромную ценность представляет сохранившийся в церкви роскошный резной пятиярусный иконостас в стиле барокко. Вероятно, он был создан к освящению храма в 1793 году. «Иконостас отсылает к лучшим образцам этого (барочного) искусства, созданным по рисункам Растрелли, Чевакинского или Ухтомского. «Пульсирующая» динамика высокой позолоченной ширмы, витые колонны, балдахины, фигуры ангелов и завитки рокайля сделаны на высоком уровне мастерства и позволяют предполагать наличие профессионального проекта и работу квалифицированных совсем не местных резчиков», – отмечает А. Чекмарев. Составители «Свода памятников» считают нероновский иконостас «одним из лучших произведений монументального искусства в Костромской области. Пышное, насыщенное убранство иконостаса соответствует его усложненный архитектонике с крупными, поднимающимися до самого верха выступами в центре и на флангах. Центральная часть завершена резным распятием с предстоящими. За распятием на плоскости восточного лотка перекрытия помещено изображение Иерусалима. Ярусы разделены развитыми, сильно раскрепованными карнизами, опирающимися на витые колонны с композитными капителями. Позолоченные накладные картуши, розетки и цветочные гирлянды, использованные в оформлении иконостаса, сочетаются с объемными головками херувимов. Фланговые выступы венчаются лучковыми фронтонами, над которыми возвышаются скульптурные фигуры ангелов, держащих картуши в пышных обрамлениях. В иконостасе сохранилось несколько одновременных ему икон». В храме также установлены два напольных киота первой половины XIX в., выполненных в классицистических формах, в трапезной — характерные для второй половины XIX в. двухъярусные эклектичные иконостасы. Полы в церкви выложены изготовленными на уральских заводах металлическими плитами с несложным рельефным орнаментом и датой 1807 г.

В трапезной находятся четыре захоронения представителей рода Черевиных. Они отмечены вмонтированными в пол паперти плитами из белого мрамора. Под ними погребены генерал-майор Александр Дмитриевич Черевин (1801–1849); генерал-адъютант — генерал-лейтенант Петр Александрович Черевин (1837-–1896); Анна Францевна Черевина, урожденная графиня Ожаровская (1810–1847); гвардии штабс-ротмистр Александр Петрович Черевин (1871–1905). Семейный некрополь Черевиных начал складываться еще до постройки каменной церкви. К настоящему времени в нескольких метрах южнее апсиды сохранилось лишь четыре надгробия, два из которых, судя по мемориальным надписям, поставлены над могилами владельцев усадьбы. Белокаменное надгробие-саркофаг — отмечает захоронение Наталии Стефановны Черевиной, скончавшейся в 1778 г. Неподалеку находится второе такое же надгробие, наполовину ушедшее в землю. Здесь же поставлено белокаменное надгробие конца XVIII – начала XIX в., представляющее собой невысокую колонну на кубическом постаменте. Еще одно ампирное гранитное надгробие в виде муфтированной колонны поставлено над захоронением «полковника, командора и кавалера» Дмитрия Ивановича Черевина и его супруги Варвары Ивановны, умерших в 1818 г.

После закрытия церкви в 1930-е годы она, к счастью, не подверглась полному разорению и не была заброшена, что способствовало сохранению убранства интерьеров. Однако впоследствии храм не избежал ни посещения мародеров с вандалами, ни разрушающего действия осадков. Уцелели и чугунный пол, и рама иконостаса, и остатки росписей. По данным обследования памятника 1972 года, храм уже пустовал, отмечались утраты кладки, повреждения главок и центрального барабана, разрушение деревянных перекрытий в колокольне. Реставрация храма никогда не проводилась. В настоящее время Воскресенской церкви требуется срочная консервация – для прекращения губительного воздействия атмосферных осадков, разрушающих кладку стен и остатки убранства интерьеров.